Новости

22 октября 2011
Открыты новые направления нашей работы: мемуаристика и публицистика.
подробнее »
6 сентября 2011
У нас день рождения, нам исполнилось три года!
подробнее »
18 августа 2011
Создана общественная лига, объединяющая ведущие гуманитарные образовательные центры.
подробнее »

Опрос

Какое направление для вас наиболее интересно?
Наука
Философия
История
Мемуары
Классика
Публицистика

Наука

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус название красивой и редкой птицы, известной в нашей стране как ястребиный, или длиннохвостый, орел. Он совмещает соколиное изящество, тело­сложение и быстроту полета с силой и мощью орла. Встретить эту великолеп­ную птицу можно в Туркмении, Казахстане, на юге Европы, в Индии и...
Излучающие свет. Тайные правители мира
Излучающие свет. Тайные правители мира
Эта книга — увлекательное исследование, посвященное истории таинственной касты жрецов, негласно правящей миром испокон веков и по сей день. Задолго до возникновения письменности Излучающие Свет были носителями передовой культуры. Миссией этих избранных было сохранение древних знаний. Целью — не...
Тайная история мира
Тайная история мира
В древнем мире сакральные знания охранялись так же строго, как и ядерные секреты в наши дни. Владение ценнейшей информацией о научных и магических практиках древности позволяло посвященному обладать статусом полубога. На долю обычных людей оставались легенды и мифы, в которых были зашифрованы лишь...

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

Полезное » Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

«ИЗ ТОЧКИ А В ТОЧКУ В»

…шах­заде с малик­ой вынужден­ы были идти пеш­ком…

(Хорас­анская сказка)

"Гражда­не СССР! Голосуйт­е…!"

(Типов­ой предвыборн­ый пла­кат)

"12 апреля…. Эх, сочинить бы книжку про все те бесчисленные попутки, которым я голосовал за свою жизнь и которые меня подвозили в разных направлениях на разных дорогах нашей необъятной родины! Вот уж что воистину состав­ляет саму ткань моей судьбы, на которую все остальное понавешено, попутки, попутные ма­шины.

Задача: "Пассажиру нужно добраться из точки А в точку В. Скорость у пассажира ноль, он стоит на обочине и голо­сует. По дороге к точке В едут машины; их сред­няя скорость 70 км/час. Вопрос: подвезет пассажира ктонибудь или нет? И если да, то кто и когда?"

Сколько помню себя в детстве и наши бесчисленные поездки в деревню, на охоту, за грибами, мы постоянно голосовали на дорогах. То в Калининской области, добира­ясь до Едимново, то на Горьковском шоссе (от Балашихи до Киржача). Сто­ишь, уга­дываешь, кому поднять руку, а кому бесполезно. И пытаешься представить: "Если вот этот остановит, в какой мир попадем, усевшись в его кабину?" Высокомерным дородным легковушкам в те годы вообще не голосовали. Тогда родите­ли решались голосовать исключительно грузовикам. Не все из них останавливались, но уехать не было проблемой.

Помню свое детское восторженное ощущение уже свершающегося, а не только ожидаемого путешествия, когда на под­нятую руку тяжелый грузовик притормаживал, съезжая на обочину, и останавливался немного впереди.

Потом был такой особый запах кабины и незнакомый шофер, крепко державший своими шоферскими руками огромный руль. Баранку. Мы ехали, взрослые говорили о чемто, а я сидел рядом с водителем ("подальше от двери"), чувствуй, как сильная рука слева от меня переключает рычаг загадочной коробки передач (сколько ни вы­сматривал, никакой коробки не было). Я глядел вперед на затягивающееся под коле­са полотно дороги и на неподвижный мир, мелькающий вдоль шоссе, по которому мы проносились.

Став старше, я начал голосовать сам, разъезжая один, и уже сам разговаривал с водителями о разном, со скрытым упоением дивясь этому случайному соприкоснове­нию своей судьбы с судьбой совершенно незнакомого мне человека, ока­завшегося именно в этот день, в этот час, в этой жизни, в кабине машины, остановившейся на мою голосующую руку.

Однажды, будучи второкурсниками, мы путешествовали с Митяем и Жиртрестом на лыжах по зимней архангельской тайге на границе с Карелией. Целую неделю шли по дремлющим под толстым льдом рекам, по очереди прокладывая лыжню на снеж­ной целине, разбираясь в следах на снегу (Ми­тяй собирал в пакет замерзшее волчье дерьмо, чтобы потом в лаборатории разобрать его содержимое), считая синиц в ред­ких птичьих стаях и наблюдая через подслеповатые окошки охотничьих избушек, как серебряным морозным утром кле­сты воруют паклю для гнезд из щелей вокруг окон­ных рам. Тогда мы тоже голосовали, выбираясь назад "в цивилизацию".

Закончив свой лыжный маршрут среди промерзших и заваленных снегами болот и озер у черта на куличиках, в забытой Богом деревне, расположенной (если верить карте) на дороге, мы обнаружили, что дорога эта зимник. Лишь только осе­нью пер­вый серьезный мороз сковывал непролазные хляби, через них пробирались водово­зы–поливалки, наращивая для будущей дороги лед. Следом шли машины, подсыпав­шие на этот полив опилки. И так снова и снова. За зиму вырастал двух­метровый слой льда вперемешку с опилками, не таявший аж до июля. Потом автомо­бильное сообщение окрестных болотных деревень с внешним миром вновь прерыва­лось до ноября, и лишь уже по новому зимнику туда снова завозились водка и кара­мель, а оттуда вывозились копченая озерная рыба, соленые грибы и клюква.

Об этом мы узнали от скучающей секретарши сельсовета, поселившей нас в пустую­щей сельской школе и рассказав­шей, что два дня назад через деревню, дальше на озера, прошли две машины, которые через пару дней должны идти обрат­но. Если у них не будет других попутчиков, они, наверное, смогут нас подвезти.

Мы прожили два дня в огромной пустой школьной избе (дети есть, нет учителя), не имея возможности никуда отлучиться из деревни, топя печку, прикармливая деревен­ских собак, обосновавшихся пегой потрепанной сворой у нашего крыльца, и пооче­редно высматривая желанные грузовики. Появились они вовремя и по счастливому совпадению даже остановились недалеко от школы.

Из кабины передней машины нетвердо спрыгнул шофер в просаленном ватнике. Из кабины второго грузовика водитель выпал в открывшуюся дверь на снег, где на­чал медленно шевелиться, пытаясь встать и напоминая своими нелепыми движениям­и какойто странный организм. Он был абсолютно, смертельно, вегетатив­но–бессловесно пьян. Невозможно было поверить, что столь пьяный человек минуту назад сам вел этот грузовик.

Комментарии (0)

Пока пусто