Новости

22 октября 2011
Открыты новые направления нашей работы: мемуаристика и публицистика.
подробнее »
6 сентября 2011
У нас день рождения, нам исполнилось три года!
подробнее »
18 августа 2011
Создана общественная лига, объединяющая ведущие гуманитарные образовательные центры.
подробнее »

Опрос

Какое направление для вас наиболее интересно?
Наука
Философия
История
Мемуары
Классика
Публицистика

Наука

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус название красивой и редкой птицы, известной в нашей стране как ястребиный, или длиннохвостый, орел. Он совмещает соколиное изящество, тело­сложение и быстроту полета с силой и мощью орла. Встретить эту великолеп­ную птицу можно в Туркмении, Казахстане, на юге Европы, в Индии и...
Излучающие свет. Тайные правители мира
Излучающие свет. Тайные правители мира
Эта книга — увлекательное исследование, посвященное истории таинственной касты жрецов, негласно правящей миром испокон веков и по сей день. Задолго до возникновения письменности Излучающие Свет были носителями передовой культуры. Миссией этих избранных было сохранение древних знаний. Целью — не...
Тайная история мира
Тайная история мира
В древнем мире сакральные знания охранялись так же строго, как и ядерные секреты в наши дни. Владение ценнейшей информацией о научных и магических практиках древности позволяло посвященному обладать статусом полубога. На долю обычных людей оставались легенды и мифы, в которых были зашифрованы лишь...

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

Полезное » Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

КИЗЫЛ–АРВАТ

Ме­сто, из­бранное мной,. хоть и не столь пре­красно, как твое владен­ие, од­нако мне оно при­шлось по душе…

(Хорас­анская сказка)

"18 января. В Кизыл–Арват из Ашхабада я ехал на поезде.

Согласен с мнением, услышанным от приехавшего из Туркестана воронятника Константинопольского, побывавшего разок в этих местах раньше меня. Он тогда хо­хотнул заговорщически, крутанул свою черную бороду–горбушку, закрутив ее упругой спиралью, и поведал мне, в ту пору ~ зеленому аспиранту–первогодку, что, мол, го­товься. П–в; Кизыл–Арват производит на россиянина незабываемое впечатление…

Позже, уже лучше зная Туркмению, я посмотрел места и поядренее, но Кизыл–Арват был первым провинциальным туркменским поселением транспортно–инду­стриального типа, с которым я познакомился, и он действительно запомнился мне на всю жизнь".

"18 января…. Деревьев в Арвате очень мало; всюду асфальт, пыльные пустыри и не менее пыльные широкие улицы. Но на улицы не похоже, так как дома вокруг толь­ко одноэтажные, а улица, в представлении москвича, это что- то узкое, окружен­ное чемто высоким. Поэтому и кажется, что здесь все широкое, как и окружающая пустыня: с боков не давит.

Вдоль улиц глухие заборы из досок, за которыми одноэтажные побеленные азиат­ские дома. Около ворот грязновато; черноватенькие туркменчата играют босиком в холодной пыли (маленькие девочки в затасканных цветастых платьицах по­стрижены наголо, но с золотыми сережками в ушах). Женщин както не заметно. Мужчины ча­сто кучкуются на углах или у приметных точек на остановках, у ларьков, на рынке. По–азиатски сидя на корточках, переговариваются, покуривая и поглядывая по сто­ронам. Аксакалы в огромных бараньих шапках тельпеках. Поразившим меня откровением явилось то, что под тельпеком на гладко выбритой голове надета еще и тюбетейка (а сама голова у стариков яйцевидная потому, что им ее в детстве специ­ально тугими повязками стягивали; сейчас уже, наверное, так не делают).

Интересно, как выглядел Кизыл–Арват в 1884 году (лишь через три года после присоединения Закаспийского края к Рос­сии), когда Зарудный приехал сюда во вре­мя своего первого путешествия по Закаспию?

Среди прочего, коллеги, бывавшие в Туркмении, напутствовали меня в Москве: "Не джентльменствуй чрезмерно в Арва­те перед автобусом, а то останешься там на­всегда". Я вспоминал эти слова, ожидая автобус до Кара–Калы и наблюдая людей вокруг.

На автостанции нищий туркмен–дурачок побирался, что- то пел, приставая с просьбами к ожидавшим автобус пасса–жи­рам, в большинстве игнорировавшим его каждый по–своему, давая иногда мелочь. Потом он вдруг, сидя на коленях, начал ис­тово молиться, заунывно распевая непонятные мне слова, касаясь в низких покло­нах лбом грязного пола. В этот момент ему все, находящиеся поблизости, сразу напихали в карманы подаяний, поругиваясь и посмеиваясь (опять совершенно без­злобно), посоветовали ему идти куда подальше, но когда он, закончив истерику и мо­литву, встал, всхлипывая, многие вокруг очень быстро и скомкан но сделали это му­сульманское движение, заключающее молитву, омовение ладонями по лицу. Даже туркмен–подполковник в форме. И в отношении окружающих к этому дурачку, и в естественном всеобщем при­общении к его молитве мгновенно угадывалось чтото исконное и важное, отличающее этих людей от меня самого и от всех тех, с кем я привык общаться дома.

Что значит "не джентльменствуй чрезмерно", я понял после прихода самого авто­буса. Многочисленные ханумки, по­явившиеся на автостанции гораздо позже меня и даже не бравшие, по моим наблюдениям, билетов, ломанули в автобус с такой эман­сипированной энергией, что аж дух захватывало.

Я подсаживал под локоть пожилых женщин, втискивающихся в жалкий "пазик" не­прерывным потоком, и не решался сам вступить в этот поток со своими рюкзаками. Кончилось тем, что я не влез. Рассевшиеся в автобусе бабульки и прочие пас­сажиры посматривали на меня через окна автобуса с уже успокоившимися лицами и сокру­шенно качали головами: "Вах, вах, вах", с трудом скрывая удовлетворение от того, что уж онито сами не такие лохи, как эти иностранцы- русские.

Комментарии (0)

Пока пусто