Новости

22 октября 2011
Открыты новые направления нашей работы: мемуаристика и публицистика.
подробнее »
6 сентября 2011
У нас день рождения, нам исполнилось три года!
подробнее »
18 августа 2011
Создана общественная лига, объединяющая ведущие гуманитарные образовательные центры.
подробнее »

Опрос

Какое направление для вас наиболее интересно?
Наука
Философия
История
Мемуары
Классика
Публицистика

Наука

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус название красивой и редкой птицы, известной в нашей стране как ястребиный, или длиннохвостый, орел. Он совмещает соколиное изящество, тело­сложение и быстроту полета с силой и мощью орла. Встретить эту великолеп­ную птицу можно в Туркмении, Казахстане, на юге Европы, в Индии и...
Излучающие свет. Тайные правители мира
Излучающие свет. Тайные правители мира
Эта книга — увлекательное исследование, посвященное истории таинственной касты жрецов, негласно правящей миром испокон веков и по сей день. Задолго до возникновения письменности Излучающие Свет были носителями передовой культуры. Миссией этих избранных было сохранение древних знаний. Целью — не...
Тайная история мира
Тайная история мира
В древнем мире сакральные знания охранялись так же строго, как и ядерные секреты в наши дни. Владение ценнейшей информацией о научных и магических практиках древности позволяло посвященному обладать статусом полубога. На долю обычных людей оставались легенды и мифы, в которых были зашифрованы лишь...

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

Полезное » Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

ЗА КОРДОНОМ

Куда уехал ты? В ка­кие горо­да?

Ки­тай тебя не ждет,

Не ждут тебя индус­ы…

Куда уехал ты, дей­ствительно, куда?

Да­вайка поворачив­ай в Тарус­у…

(Студенчес­кая пес­ня)

Ро­дом я из Восточн­ых зе­мель, а путь дер­жу в Запад­ные…

(Хорас­анская сказка)

"6 июня. Привет, Чача!

…Жарко сегодня. Аты там живой подтропическим индийским солнышком? У тебято хуже: влажность.

Шастая здесь, среди так и не разрушенных до конца мусульманских традиций братского туркменского народа, и вспоми­ная про тебя, пребывающего в индуистской части своей кармы, часто думаю о феномене удаленности от дома, о загранке, об эмиграции и о духовной связи с собственными культурными корнями (пардон уж за высокий штиль).

Сначала, конечно, то, что лежит на поверхности: экзотика незнакомого мира и ощу­щение отчужденности. С экзотикой вроде понятно. В разных регионах и для разных людских характеров она проявляется в разной степени, но почти всегда дает некую стартовую эйфорию, на волне которой интересующийся человек начинает знаком­ство с новой культурой. У когото эти приподнятые ощущения развеиваются быстрее, у когото медленнее. Ктото одарен свежестью восприятия на­столько, что может сохранить это стартовое ощущение, этот "гормон новизны" на всю жизнь, а есть и те, у кого они вооб­ще не возникают, а гормон этот вообще не вырабатывается (этим соболезнуем, но "тут про таких не поют").

Отчужденность? В этом, как минимум, два пласта. Верхний отчужденность бы­товая, повседневная. Это совокупность языковых и житейских барьеров. Прежде всего язык. Сколько лет приезжаю в Туркестан, а ты думаешь, я выучил туркменс­кий? Ни фига. Можно бы, конечно, упереться рогом, потратить массу сил и времени. Ну и что? "Иду по дорога, смот­рю два копейка сидит; я его взял, на карман поста­вил…" дальше такого мне в любом случае не сдвинуться. Хотя и это уже хлеб; язык, конечно, при любой возможности учить надо. Жил бы в быту с туркменами выучил бы. Ладно, а кроме языка?

Менталитет это уже серьезнее. В эту бездну сейчас не полезу ("Восток дело тонкое…"). Ясно только, что ментали­тет, как язык, выучить нельзя. Можно потратить остаток сознательной жизни на его изучение и понимание, но привить его себе невоз­можно. Поиграть в это можно, но отторжение несовместимых культурных тканей неизбежно.

Поэтому у меня лично любая попытка взрослого человека стать в чужом обществе своим ничего, кроме сострадательно­го сочувствия, не вызывает. Для меня очевидно, что ни одному нормальному индивидууму, волею судьбы оказавшемуся у черта на рогах, и в голову не придет стать гдето там своим.

Своим надо быть там, где ты свой, среди своих. Хотя, впрочем, многие пытаются, стремятся к этому. Тоже можно по­нять: жизнь скрутит будешь стремиться.

Да и "свои" разные бывают. Ты порой еще лишь всего одной ногой за порог, и не навсегда, а так, погулять, но уже сза­ди почти подталкивают, чтобы дверь захлопнуть за спиной; фотографии твои со стен если и не отклеивают, то уж уголок пробуют на прочность: легко ли будет отодрать, когда момент настанет… Кто из искреннего па­триотизма к родным стенам, кто из презрения к "изменщику", а кто и потому, что ни­как с себя совковый мох не соскоблит…

Ну а уж если ты в своих странствиях еще где и засидишься, тогда уж вообще пиши пропало… Хотя что это я, в самом деле, рассуждаю в таком важном вопросе про ка­куюто шелупонь; свои это настоящие свои.

Для меня априори очевиден тот факт, что, окажись я насовсем здесь, под знамена­ми ислама, или на Новой Гвинее, или в Норвегии, душой буду продолжать жить в своем исходном культурном пласте, сознавая собственную инородность по отношен­ию к окружающему; наблюдая его, изучая, упиваясь, может быть, но не рассматривая себя самого его составной ча­стью.

Проблема лишь в том, что, оказавшись в таком положении, неизбежно консервиру­ешься в той своей первоначальной культурно–временной среде, из которой уехал, отрываясь от продолжающегося хода ее развития.

Как трогательно–печально выглядит стремление даже грандиозных русских умов, после десятилетий (или всего лишь лет) удаленности, пусть даже каждодневно про­никнутой самым чистосердечным интересом ко всему тому, что происходит дома, рассуждать о сегодняшних, текущих судьбах оставленной страны. Без понимания того, что судьбы эти давно уже не­сутся по другим волнам и обдуваются другими вет­рами. Тем более судьбы России! Ни одна страна не меняется сейчас столь радикаль­но и столь стремительно, как Россия. И положение такое наверняка сохранится и в будущем.

Комментарии (0)

Пока пусто