Новости

22 октября 2011
Открыты новые направления нашей работы: мемуаристика и публицистика.
подробнее »
6 сентября 2011
У нас день рождения, нам исполнилось три года!
подробнее »
18 августа 2011
Создана общественная лига, объединяющая ведущие гуманитарные образовательные центры.
подробнее »

Опрос

Какое направление для вас наиболее интересно?
Наука
Философия
История
Мемуары
Классика
Публицистика

Наука

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус (Ястребиный орел и другие)
Фасциатус название красивой и редкой птицы, известной в нашей стране как ястребиный, или длиннохвостый, орел. Он совмещает соколиное изящество, тело­сложение и быстроту полета с силой и мощью орла. Встретить эту великолеп­ную птицу можно в Туркмении, Казахстане, на юге Европы, в Индии и...
Излучающие свет. Тайные правители мира
Излучающие свет. Тайные правители мира
Эта книга — увлекательное исследование, посвященное истории таинственной касты жрецов, негласно правящей миром испокон веков и по сей день. Задолго до возникновения письменности Излучающие Свет были носителями передовой культуры. Миссией этих избранных было сохранение древних знаний. Целью — не...
Тайная история мира
Тайная история мира
В древнем мире сакральные знания охранялись так же строго, как и ядерные секреты в наши дни. Владение ценнейшей информацией о научных и магических практиках древности позволяло посвященному обладать статусом полубога. На долю обычных людей оставались легенды и мифы, в которых были зашифрованы лишь...

Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

Полезное » Фасциатус (Ястребиный орел и другие)

ЗАПАСНЫЕ ДЕТАЛИ

В яр­ких чашечк­ах тюльпа­нов, пламенеющ­их во­круг, Чер­нота пе­чали скрьг­га по­смотри, мой неж­ный друг…

(Хорас­анская сказка)

"5 июня. Привет, Чача!

…Фотография, которую ты прислал, поразила меня уникальным сочетанием и композицией деталей. Потрясающе. И интерьер уникальный, и снято, конечно. Моло­дец. Про оптику молчу; завидую черной завистью.

Я, кстати, отчетливее, чем раньше, сознаю сейчас свое пристрастие к наблюдению как раз неочевидных и незаметных на первый взгляд особенностей и штрихов (кото­рых и оказалось так много на твоем снимке). Выискиваю их везде и во всем с маниа­кальностью коллекционера, с иезуитством и тщательностью проверяющего сержанта в казарме или инспекто­ра санэпидемстанции (хм, а ведь так и есть: это же мое хоб­би… Только сейчас сам для себя сообразил. Впрочем, нет. Это и моя основная про­фессия…).

О чем я говорю? О наблюдении того, что при беглом взгляде на предмет или явле­ние вообще незаметно. Возьмем пти­чек. Все жаворонки наземнокормящиеся пти­цы. Но если начать копать глубже, выясняется, что кормящиеся в одном скоплении жаворонки отличаются как сокол и коршун или как "Запорожец" и "мерседес".

Прилетая и садясь в какоето место, они кормятся на склонах разной крутизны; поедают разные корма, а коль питаются одним и тем же, то используют совершенно разные приемы добывания пищи. Если же они и подобны во всем вышеперечисленн­ом, то имеют совершенно разный "почерк" кормления и поведения вообще, по–раз­ному проявляя насторожен­ность, двигаясь, поддерживая структуру стаи. Это детали важные, имеющие. принципиальное значение для понимания жи­вого.

А ведь все это расцвечено еще и огромным количеством деталей случайных, у ко­торых нет назначения (по крайней мере, понятного мне). Вот у этого кормящегося в стае жаворонка на хвосте белое пятно от птичьего помета: наверное, кап­нула другая пролетающая над ним птица. Вот этот хромает. Вот у этого маховое перо неловко за­вернулось боком, нару­шив обычное расположение оперения, когда каждое перыш­ко, как черепица, накрывает другое, лежащее под ним, созда­вая идеальный по лини­ям птичий силуэт.

И вот, значит, идет жаворонок, клюет чтото в огромной стае собратьев, а это перо торчит у него из крыла совершенно необычным образом, я сразу вижу это. А уж если я вижу, то атакующий хищник увидит такое с пятисот метров. Ну и что? Привлечет та­кое отличие атаку балобана именно на этого жаворонка? А если да, то скажется ли неловко загнувшееся перо на летных качествах этого жаворонка в первую, возможно критическую, секунду его бегства от мелькнувшей сверху тени? Кто знает, да и не важно. Я сейчас о том, что подобного вокруг необъятное множество в каждой точ­ке про­странства и времени.

В московском метро наблюдать такое еще интереснее. Вон стоит девица весьма нерядовой внешности: лицо, мгновенно привлекающее внимание, прекрасно одета, идеальный маникюр, держится как королевская кошка; идет, что называется, по жиз­ни шагами победительницы; но кожа около ногтя указательного пальца на левой руке обкусана совсем по–детски; значит, был момент, когда были нахмуренные без свиде­телей брови, сосредоточенность на чемто, когда сознательно удерживаемый имидж отступил на второй план.

На нее, как балобан на песчанку (в смысле концентрации внимания, а не в смысле как хищник на жертву, потому что такая краля сама кого угодно сожрет), смотрит мор­датый детина в стандартных для сегодняшнего "делового" люда пи­джаке, слаксах, ботинках с бахромками и с огромным золотым перстнем явно случайный человек в метро. Смотрит на девицу внимательно, а на все прочее вокруг как наблюдатель из другого мира: с отчетливым сознанием своего "круто­го" превосходства и удален­ности. Но вот рубашка у него точно надета уже даже не второй, а, наверное, и не третий раз подряд, на бортик воротника смотреть неловко, честное слово…

Женщина лет тридцати пяти листает журнал, не обращая внимания ни на кого во­круг. В каждой детали одежды, от уже сбитых краев у аккуратно начищенных туфель до незаметно оттянувшегося вокруг пуговиц материала на уже не самом модном пла­ще, отчетливые штрихи экономии и материальных ограничений. Она, наверное, переживает изза этого, не со­знавая сама, что является исключительной красавицей, одаренной от природы не просто великолепными чертами лица и изяществом всего силуэта, но и проявляющимся во всем обаянием и вкусом. Просто смешно, насколь­ко это очевидно. Даже цвет ее плаща случайно, но идеально совпадает по гамме с цветом наклейки–рекламы на стенке вагона у нее над го­ловой. А ведь у нее и волосы свои и фактура и цвет. Вот есть же люди, всегда находящиеся в гармонии с окру­жающим, вернее, создающие такую гармонию своим обликом и своей индивидуаль­ностью. Для женщины это дар вдвойне. Обалдеть можно. Хотя, судя по всему, муж­чина, с которым она живет, этого главного про нее не понимает. Женщина, у которой есть мужчина, понимающий про нее это главное, листает журнал иначе.

Комментарии (0)

Пока пусто